А говорили: Борхес - правый...
Aug. 1st, 2012 06:35 pmА вовсе и не такой уж:
Ну да, и я писал стихи, посвященные русской революции, которая, кстати сказать, не имеет ничего общего с сегодняшним советским империализмом. Нам виделось в русской революции начало мира между людьми. Мой отец был анархистом, приверженцем Спенсера, читателем "Индивида против государства", и я помню, как однажды во время долгих летних каникул в Монтевидео отец советовал мне запомнить множество вещей, поскольку они вот-вот исчезнут, а мне нужно будет рассказать своим детям и внукам -- а у меня не оказалось ни детей, ни внуков, -- что мне удалось застать их. Он обращал мое внимание на казармы, знамена, пестрые карты, на которых для каждого государства был свой цвет, на скотобойни, церкви, священников, дома терпимости, поскольку все это исчезнет, когда мир станет единым и различия сотрутся. До сих пор пророчество не сбылось, но я жду, что скоро сбудется. Но, повторяю, в русской революции я видел начало мира для всех, событие, ничего общего не имеющее с советским империализмом нашего времени.
Выходит, что от поправевших он требует большего, чем от левых: мол, пока революционный огонь не угас, - владей миром на здоровье, а вот если уже не имеешь ничего общего с революцией, то, извини, для твоего империализма оправдания нет.
Не по-правацки это как-то...
Ну да, и я писал стихи, посвященные русской революции, которая, кстати сказать, не имеет ничего общего с сегодняшним советским империализмом. Нам виделось в русской революции начало мира между людьми. Мой отец был анархистом, приверженцем Спенсера, читателем "Индивида против государства", и я помню, как однажды во время долгих летних каникул в Монтевидео отец советовал мне запомнить множество вещей, поскольку они вот-вот исчезнут, а мне нужно будет рассказать своим детям и внукам -- а у меня не оказалось ни детей, ни внуков, -- что мне удалось застать их. Он обращал мое внимание на казармы, знамена, пестрые карты, на которых для каждого государства был свой цвет, на скотобойни, церкви, священников, дома терпимости, поскольку все это исчезнет, когда мир станет единым и различия сотрутся. До сих пор пророчество не сбылось, но я жду, что скоро сбудется. Но, повторяю, в русской революции я видел начало мира для всех, событие, ничего общего не имеющее с советским империализмом нашего времени.
Выходит, что от поправевших он требует большего, чем от левых: мол, пока революционный огонь не угас, - владей миром на здоровье, а вот если уже не имеешь ничего общего с революцией, то, извини, для твоего империализма оправдания нет.
Не по-правацки это как-то...