krol_hydrops

А вот какой есть разгром перевода Маршаком поэмы Стивенсона "Вересковый мед":
http://gondola.zamok.net/155/155pimenov_1.html

первоисточник и несколько переводов - здесь:
http://nespeshi.blogspot.com/2009/04/blog-post_9710.html

Ну ладно, от «медоваров» уже никуда не деться, поезд ушёл… но вы оцените этих умильных «малюток»! Да ещё и «в пещерах под землей», да «всей семьёй» (тут уже у советской цензуры не остаётся ни малейших сомнений, что речь идёт всё-таки о безалкогольном напитке, а «пьянее, чем вино» – необязательная фигура речи… хотя у Стивенсона они тем «мёдом» влёжку нажирались и по нескольку дней валялись без чувств… радость для всей семьи?). «Ой! Про гномиков!» – радостно пищат октябрята и пионеры… Что вы, ребята, ребята: это про отважный и гордый народ, который историки считают вполне реальным. Пикты, согласно древнеримским авторам, отличались «разнузданной яростью», да и выглядели устрашающе: всё тело в татуировках (за что и были, собственно, названы «пиктами»). Римские легионеры их боялись.

Это, конечно, перебор. То, что надравшись, пикты дрыхли несколько дней, Маршак действительно опустил, но "пьянее, чем вино" мы все-таки понимали правильно.

Но интереснее другое: то, насколько реальность проникает в сознание - и переводчика, и критика. Позиция Маршака кажется симпатичной. Даже если пикты - пьяные бандиты с татуировками, то зачем их этим лишний раз попрекать? Они все равно уже отплатили с лихвой.

Наш брат рассуждает циничнее. В демократическое время он не так крепко отстранен от управления государством и потому легче надевает шкуру короля и палача. Он думает: геноцид геноцидом, но так ли уж легко было королю шотландскому принять решение? Или это было сделано под давлением подданных, которым пикты сели на голову?..

А вот еще какой по ходу затронут вопрос:
По-английски:
«But now in vain is the torture,
Fire shall never avail;
Here dies in my bosom
The secret of Heather Ale."»
Страшно. Ради чего старик погубил сына? А вот ради чего: он у нас амбивалентный персонаж, грубый дикарь. У него в жизни всё пропало – и сына ему уже не жаль, осталось одно жгучее, отчаянное желание: отказать шотландскому королю в пустом капризе, и, даже корчась под пыткой, напоминать ему: пусть ты вырезал весь народ и захватил всю нашу землю, а вот пойло пей своё (пусть оно и не хуже), а не наше, то есть какой ты ни есть важный король – а на-ка, брат, отсоси. Смотри, как вместе со мной умирает надежда удовлетворить твоё королевское желание. Это суровая легенда а ля Стивенсон. И – пионэрская сказка а ля Маршак:
«А мне костер не страшен.
Пускай со мной умрёт
Моя святая тайна —
Мой вересковый мёд!»

Между прочим, дикарь от столкновения с цивилизацией действительно с ума может сойти. То уничтожают поголовно, то вдруг спохватываются и начинают восстанаваливать, вносить уцелевших в красную книгу и изучать древную культуру. Дикарь думает: ну не психи? Добили бы - все понятно, ваша взяла. А тут - черт знает что такое...

Собственно, обвинение Маршаку в создании гламурных пиктов, можно переадресовать самому королю шотландскому. Это он после уничтожения пиктов решил их возродить в безопасной, культурной форме - изъять традиции социальные, разорвав связь пиктов с их преступным прошлым, но сохранив на радость этнографам пиво, песни, пляски и легенды. Пикт же, естественно, не хочет быть музейным посмешищем...