Три пишем, два в уме...

Когда-то давно мне попадался памфлет "Три пишем, два в уме...", бичующий троечников. Как пример того, что может натворить выросший из троечника молодой реформатор, приводились два лифта в новом спроектированном доме. Один из них ездит только вверх, а другой - только вниз, "дополняют друг друга". Казалось бы, логичное решение - разделить функции? Но кончилось тем, что первый лифт застрял на последнем этаже (выше-то ехать некуда!), а второй - на первом.

Ту же ошибку допустил Гоголь, решив развести по разным томам сатирическую и лирическую части поэмы "Мёртвыя души". При этом, сатирическую часть, несмотря на некоторый перебор, читать всё же можно и нужно. Как и лифт-1, который пригодился хотя бы на одну поездку. А вот второй "лирический" том автору пришлось сжечь. Беспримесный позитив - это лифт-2, стоящий на первом этаже.

Хотя Гоголь, видимо, просто повторил ошибку Данте, в чьей трилогии "Ад" популярен, а вот "Чистилище" и "Рай" - не особенно. Во всяком случае, только "Дантовский Ад" вошёл в пословицу. Свифт у Горина говорит о Данте: "его описания блистательны, но чересчур мрачны...". Горин считает, что фантазия Данте породила только мрачный ад: как будто забыл, что Данте писал и о рае. Не случайно так. Хотя Данте не сжёг второй и третий тома "Божественной комедии", но за него это сделала жизнь.

К чему это? К "Маленькому принцу" Экзюпери. Та же история, книга делится на две неравных части. Сначала - оголтелая сатира в "космической" части сюжета, а потом - невыносимая по концентрации лирика в "земной"... Из второй половины в общественном сознании остался только афоризм об ответственности за тех, кого приручили... Хотя сама идея приручения, то есть, лишения свободы, - она какая-то склизкая...

А вот первая, с облётом астероидов, вполне обеспечила книге народную любовь. Причём, сxема "Мёртвых душ" повторяется в деталях. Кого повстречал Маленький Принц на разных планетах?

Король - это Манилов. Не во всём, конечно. Но оба отличаются редким сочетанием мании величия и хорошего настроения, неиссякаемого оптимизма. Король отдаёт природе только выполнимые приказы, и радуется, что она ему подчиняется. Манилов тешит себя мечтами, но относит их исполнение к неопределённому будущему, и потому тоже изящно избегает разочарования из-за их неисполнения.

Честолюбец - Собакевич. "Стыдно вам и говорить такую сумму! вы торгуйтесь, говорите настоящую цену!" Но за пределами ритуалов "говорения" уступчив...

Дальше: делец, претендующий на то, что подсчитанные им звёзды - его собственность. Тут сразу вспоминается Ноздрев, который показывал во все стороны: "И этот лес - мой! И этот - мой!" и т.д.

Пьяница... Ну тут пропуск: до такой мелочи, как борьба против алкоголизма, Гоголь на этот раз опускаться не стал. Может, и зря: ведь Яроврат называл алкоголизм одной из главных проблем антипутинской оппозиции.

Фонарщик - очевидно, Плюшкин. Почему он гасит и зажигает фонари каждую минуту? Экономит горючее. Плюшкин тоже не допустил бы, чтобы в его имении фонари горели днём, даже если день продолжается несколько минут.
"Вьюга продувает белые палаты, головой кивает х. из-под заплаты..." Да, мы-то знаем, что Плюшкин - х.заплатанный, а принц по молодости не понимает его мотивации, и потому искренне восxищён экономией и верностью долгу.

Наконец, географ. Занимается географией своей планеты, но ничего о ней не знает, поскольку географ, а не путешественник. Отчёты путешественников он бы обработал, если б таковые были, но увы...
Пожалуй, он подобен самому Чичикову. Как Чичиков хотел заселить Херсонскую губернию фиктивными крестьянами, так и у географа полным-полна планета несуществующих "путешественников" - "мёртвых душ", которые, тем не менее, оправдывают его обладание планетой.

А дальше... дальше - сюжетный тупик. По идее, облетев такое количество аццких кругов, надо выбираться и теперь учить землян хорошему. Но как-то не получается. С кем поведёшься, от того и наберёшься...

Кстати, есть мнение, что Наполеона не было. Миф о Наполеоне - это просто видоизменённый миф об Аполлоне: http://ru-an.info/news_content.php?id=1960