"недоверчиво, недоверчиво я смотрю на чёрный хлеб"

Надо заметить, что связь мельниц и жутких видений не обошла внимания и самого знаменитого из мытарей - Сервантеса. Безумный, галлюцинирующий Дон Кихот, сражающийся с мельницами, которые представляются ему злобными чудовищными великанами - вспомним, что Сервантес писал свой роман в тюрьме. Как думаете, чем его там кормили - рябчиками с ананасами или черным хлебом? Но даже если сам автор писал в нормальном состоянии, то похоже, что в любом случае здесь отразился его подсознательный иррациональный страх перед мельницами, перешедший на ветряные мельницы от мельниц водяных, стоящих на омутах, в которых, как известно, водятся черти. Появление же бесов и прочей нечистой силы именно на мельницах перестанет быть загадкой, если мы вспомним, какое "волшебное" зерно там мололи. Отсюда же и фольклор о мельниках-колдунах.

Кстати, в песнях Башлачева и Дркина о старой мельнице есть определенное чувство этого вот контекста безумного. И которого нет у Летова, когда он задевает ту же тему: "работали на огненную мельницу горючим ледяным зерном...", тут просто "ключевые слова".

Вообще, чем дальше, тем больше видно, что творчество Егора Летова - как-то слишком даже логично и рационально.